Этнопоэтические традиции в рассказе Л. В. Костяковой «Манящая тайна Сымбала»

В 1990-2000-е гг. художественные произведения для детей писали К. Нербышев, Г. Каза- чинова, А. Султреков, И. То поев. И. Миягашев, Л. Костякова и др. В эти годы традиционная в хакасской литературе детская тематика расширяется в результате более творческого и глубокого освоения этнопоэтических традиций своего народа. Тенденции развития литературы начала XXI в., связанные с обращением писателей к фольклору, проявились в творчестве Людмилы Владимировны Костяковой, автора сборников рассказов и сказок «Сибдек» (1998), «Сымбал сынныц хыйгызы» («Манящая тайна Сымбала», 2010) и повести «Шаман и Кудлатка» (2005). Жанрообразующими факторами произведений Л. Костяковой являются сюжеты, мотивы, образы фольклора, традиционные представления в мировосприятии хакасов.

Сюжет является важным элементом художественной формы произведений устного народного творчества и литературы. «Коль скоро национальные литературы формировались на художественной традиции устного народного творчества, то, естественно, и сюжет устнопоэтических произведений бытует в них как один из основных художественных компонентов, заимствованных из фольклора», — говорится исследователями о сюжетных заимствованиях из фольклора в литературе [1, с. 195]. В процессе переработки фольклорные сюжеты наполняются новым содержанием, используются в создании произведений, поднимающих актуальные проблемы современности. Творчески воспроизводя нравственно-духовный опыт, мудрость народа, его миропонимание, сюжетные заимствования отражают национальное своеобразие, уровень художественного мастерства писателя. Использование в «Манящей тайне Сымбала» традиционных фольклорных сюжетов, мотивов и образов также говорит о самобытности писателя Л. Костяковой. Целью данной статьи является выявление этнопоэтических основ и «фольклорности» рассказа Л. Костяковой, пока еще не ставшего предметом отдельных литературоведческих исследований.

Сюжет произведения «Манящая тайна Сымбала» построен на композиции переплетения реалистического действия со сказочным. Произведение начинается с небольшой экспозиции, настраивающей читателей на восприятие повествуемых далее событий, как имевших когда-то место в жизни рассказчика: «Пфстдс мындаг хара пасхацыл хайхастыг нимее орта пол партам …» («Однажды со мной произошел очень странный и удивительный случай …») [2, с. 9]. Для придания реалистичности рассказу автор обращается к повествованию от первого лица, что дает возможность читателям смотреть на события глазами героини, изнутри на художественный мир произведения.

В основу произведения положено воспоминание рассказчика о давней истории, происшедшей с ней в детстве, когда она вместе родителями поехала в тайгу на сбор черемши-халба. Рассказ начинается с изображения реалистичных картин того, как у подножия Сымбал тасхыла герои готовятся на ночлег, разжигают огонь, мама проводит обряд кормления От инез1 (Мать огня), ужинают. Перед сном у костра отец рассказывает историю о том, как в годы становления советской власти его дядя, обвиненный в кулачестве, перед ссылкой на каторгу спрятал в этих местах золото — дядя погиб, а золото исчезло, и легенду о девушке, по злому наговору жены брата изгнанной из родных мест. Согласно легенде, несчастная девушка, покинув родные места, ушла на Сымбал тасхыл. Небесные боги, сжалившись, забрали ее к себе, а брату в наказание не помогли победить врагов-захватчиков.

Далее автор от изображения событий в реальном времени переносит свою героиню в мир сказочного эпоса. Ночью она встречается с девушкой из рассказанной отцом легенды. Вместе с ней девочка поднимается на Сымбал тасхыл, попадает в удивительные приключения: помогает девушке-алыпу одолеть врага, сражается с чудовищами, змеями, гостит у Адам хана, живущего со своим народом в скале. После всех похождений она благополучно возвращается к родителям.

В хакасском фольклоре жанр героического эпоса — алыптыг нымах — охватывает большие проблемы, широкие обобщения, крупные образы. Сказка отличается большей динамичностью, поскольку все внимание в ней сосредоточено на изображении действия. Эти жанровые особенности героических сказаний и сказок находят свое отражение и выражение в рассказе Л. Костяковой.

И в крупных эпических произведениях фольклора и в народных сказках конфликтную основу составляет борьба добра и зла. В «Манящей тайне Сымбала» то же самое: главный герой вместе с девушкой-алыпом сражаются против пришедших с войной врагов. Как и в сказочном повествовании, в рассказе сохраняется событийное начало, которое выполняет функцию художественного напряжения. Основное внимание сосредотачивается на изображении действия, которое развивается динамично, на протяжении небольшого отрезка времени.

Важнейшую часть сюжета составляет картина схватки и победы над врагами, которые, как и в эпосе, являются представителями демонического мира: «айна-чеектер», «чис айна», «хара ыырцы», «узут айна», «чалын от позытчат- хан чидб( ген хус», «хара чылан». Стихотворная форма с использованием поэтических формул, гипербол, сравнений, эпитетов и других изобразительно-выразительных средств, характерных алыптыг нымаху, придает эпизоду изображения воинского сражения эпичность, монументальность и торжественность звучания.

Главный герой рассказа действует во имя своего народа и родной земли. Истоком для создания такого образа смелой, сильной защитницы, несомненно, является архаический образ девы- алыпа из хакасских сказаний («Алтын-Арыг», «Ай-Хуучин» и др.). Сохраняя черты героического облика, писатель делает своего героя узнаваемым для тех, кто знаком с фольклорной традицией хакасов. Особенность конфликта рассказа в том, что идея героического эпоса о неизменной борьбе темных и светлых начал жизни реализуется в необычной фантастической ситуации. Дева-алып говорит девочке: «Пю парда, чур- тирзар. Чох пол парзабыс, cipep дее пол полбас- сар. Анзын ундубацар» («Пока мы есть, будете жить. Когда нас не станет, вы тоже погибнете. Не забывайте это») [2, с. 27]. По ее словам, жизнь обычных людей на земле зависит от другого, «невидимого» нам мира, поэтому она, сражаясь за свой народ, живущий внутри Сымбал тасхыла, тем самым защищает от темных сил всех обитателей среднего «солнечного» мира. Люди всегда должны помнить это и, когда наступит момент, по зову предков должны прийти им на помощь. В рассказе Л. Костяковой идея борьбы добра и зла, присущая фольклорным произведениям, сводится к тому, что в извечном противоборстве светлого и темного начала сегодня выстоит тот народ, который чтит и помнит предков, знает свою историю, родной язык, уважает и соблюдает национальные традиции и обычаи.

В рассказе Л. Костяковой активно использованы изобразительно-выразительные средства, характерные произведениям устного народного творчества, а именно определения-эпитеты и гиперболизированные сравнения. В «Манящей тайне Сымбала» в изображении героев, их коней, врагов применяются постоянные определения-эпитеты: «алый хыс», «кулук хыс», «кирет ханаттыг мал», «хулас чарынныг ат», «тубен ыырцы», «хара ыырцы», «сабдар ат», «ах сагаллыг апсах» и др. Гиперболизирована сила девушки-алыпа, в момент сражения ставшей ростом, как гора.

Во владениях Адам хана находятся те же хакасские жилища, деревья, тайга, горы, скалы, озеро, что и в среднем «человеческом» мире, но многое из вышеназванного изображено как сказочно-фантастическое: «высокие, как горы, хвойные деревья»; «упирающаяся в небо тремя своими вершинами скала, которую взглядом не охватишь»; «на лиственнице, которую пятеро алыпов, взявшись за руки, не смогут обхватить, сидят двухголовые птицы, которые расправленными мощными крыльями закрывают солнце»; «озеро с живой водой», О сказочности произведения свидетельствует описание местности внутри скалы, в которой оказывается маленькая героиня: «светлое-пресветлое» место, которое «как в сказке, но не в сказке, как во сне, но не во сне», где «деревья, растения зеленее и красивее наших», где, «проникая в самое сердце, льется приятная на слух, удивительная мелодия», волшебный звук чатхана, извлекаемый белобородым стариком-хайд жи.

Фольклористы, отмечая композиционную стройность сюжета героических сказаний, пишут, что «они вобрали в себя многочисленные мифологические и героико-эпические сюжеты, переработанные и синтезированные в русле единого эпического повествования. В эпосе «Алтын- Арыг» прослеживаются элементы многих фольклорных жанров: мифов, плачей, наставлений, лирических песен, различных эпических сюжетов, бытующих в народе с давних времен» [3, с. 506]. В рассказе Л. Костяковой использовались такие фольклорные жанры, как кип-чоох, благо- пожелание-алгас, тахпах, сыыт, пословицы, поговорки. К примеру, в рассказанном отцом героини кип-чоохе есть тахпах-диалог в песенной форме между сестрой и братом, сыыт-плач сестры, пытающейся вразумить брата. Или, например, Адам хан в награду за смелость в сражении с чудовищами дарит девочке книгу, обернутую в золотую парчу, со словами благопожелания: «Сооц-алныц чабалга алдыртпазын, пазыц алыга саптырбазын» («Пусть сзади-впереди тебя не будет злого человека, а глупый голову тебе не сносит»). Разные жанры фольклора автору необходимы для построения сюжетно-композиционной формы произведения.

Если в фольклорных произведениях отсутствуют различного рода подробности и детали описания, то в сюжет рассказа введены описания картин таежной природы и быта жителей внутри Сымбал тасхыла, портретная характеристика, диалоги. Эпизод знакомства маленькой героини с Адам ханом построен автором в стиле алыптыг нымаха, но более лаконично и с указанием топонимических названий рек и гор.

Итак, обращение к фольклорному сюжету и конфликту, героическому образу девы-алыпа, художественным средствам фольклора, эпичности алыптыг нымаха и элементам сказочного жанра, к сочетанию реального и фантастического — все это позволило Л В. Костяковой создать оригинальный по своей сюжетно-композиционной форме рассказ «Манящая тайна Сымбала».

ЛИТЕРАТУРА

1. Балданов С. Ж., Бадмаев Б. Б., Буянтуева Г.Ц-Д.

Литература народов Сибири: этнотрадиция,

фольклорно-этнографический контекст. — Улан- Удэ: Изд-во Бурятского гос. ун-та, 2008.

2. Костикова Л. В. Сымбал сынныц хыйгызы = Манящая тайна Сымбала: Сб. рассказов для детей старшего школьного возраста / Л. Костикова. — Абакан: Дом литераторов Хакасии, 2010.

3. Алтын-Арыг. Хакасский героический эпос. — М.: Наука. Главная редакция восточной литературы, 1988.